Рэп – это кэш. Но зарабатывают на рэпе пока только те, чья популярность выходит за рамки замкнутой хип-хоп-индустрии

Содержание

Правит бал: Как хип-хоп стал самой популярной музыкой нашего времени

Рэп – это кэш. Но зарабатывают на рэпе пока только те, чья популярность выходит за рамки замкнутой хип-хоп-индустрии

Хип-хоп в прошлом году впервые стал самым популярным музыкальным жанром в США. Об этом говорят и сводки стримингового сервиса Spotify за 2017 год: в топах наиболее часто прослушиваемых артистов большинство позиций заняты хип-хоперами.

К тому же, 500 из 1000 самых популярных треков 2017-го — это тоже хип-хоп и R&B.

Даже если уйти от сухой статистики, рэп теперь представляется самым прогрессивным и динамично развивающимся жанром, внутри которого органично уживаются традиции и самые смелые эксперименты.

DTF Magazine разбирается в причинах того, почему хип-хоп вышел на передовую музыкального мира, и рассказывает о главных этапах его извилистой эволюции

Бедра, колонки и азарт: где корни хип-хопа? 

С поры о том, в какой именно исторический момент зародилась хип-хоп-культура, ведутся до сих пор. Правильнее всего будет вспомнить контекст и предпосылки.

Еще в 1925 году, задолго до Элвиса Пресли Эрл Такер, забытая звезда Гарлема, начал использовать в танце движения бедрами и извиваться подобно змее, за что и получил свою кличку Snake Hips. Чуть позже его наследие обнаружится в танце, известном под названием «брейкданс».

Уроженец Ямайки Томас Вонг, также известный как Tom the Great, в сороковых годах придумал для своих друзей новое развлечение. Он начал развешивать на соседних деревьях колонки, подключенные к небольшому проигрывателю пластинок, чтобы музыка сильнее воздействовала на слушателя, — это был первый прообраз бумбокса, который собирал вокруг толпу людей.

В конце пятидесятых на улицах Кингстона начались первые диджейские баттлы, более известные как sound clashes.

Участникам состязания отводилось по тридцать минут, в течение которых они играли специально подобранные треки, с каждым разом сокращая время перехода между ними. Победитель определялся по довольному реву толпы.

Диджей Kool Herc, один из отцов-основателей хип-хопа, считал, что sound clashes оказали сильное влияние на появление и развитие жанра.

Не стоит забывать и о некоторых социальных предпосылках.

В 1959 году по решению Роберта Мозеса, уполномоченного по архитектуре и градостроительству США, в Бронксе реализовали проект возведения скоростной автомагистрали.

Из-за этого произошло отселение представителей среднего класса, количество рабочих мест стремительно сокращалось, а район наполнился малоимущими афроамериканскими и латиноамериканскими семьями.

В 1970 году вышел, как принято считать, первый прото-рэп-альбом в истории — дебютная одноименная пластинка группы The Last Poets с джазовыми инструменталами и мощной начиткой.

Через три года Kool Herc, перебравшийся в США, устроил в Бронксе первую так называемую block party, для которой купил две одинаковые виниловые пластинки, чтобы продемонстрировать публике зачатки того, что позже назовут искусством тернтейблизма.

Его практику подхватили Grandmaster Flash и Afrika Bambaataa, а диджей и MC Lovebug Starski в 1974 году впервые обронил слово «хип-хоп», описывая рождение принципиально новой культуры. 

Когда вышла первая рэп-запись, и с чего все началось?

1979 год — именно тогда немногочисленное локальное движение диджеев и MC со скромными запросами и амбициями совершило серьезный рывок.

На тот момент эра диско-музыки пережила первоначальный пик, круглосуточные вечеринки и кокаиновая эйфория уже были не в новинку. Панк-рок оставался в большей степени субкультурным и маргинальным явлением.

Ниша нового массового увлечения оставалась вакантной — и ее занял хип-хоп.

Формально все началось с записи Rapper’s Delight группы Sugarhill Gang. 15-минутную версию на 12-дюймовой пластинке поначалу никто не хотел брать в эфир, но ситуацию спас Джим Гейтс, диджей радиостанции WESL в Сент-Луисе.

После того как Гейтс впервые поставил ее, последующие 12 часов люди обрывали телефонные линии станции и просили пустить ее в эфир снова и снова. Это был настоящий прецедент.

После Rapper’s Delight уже ничего не было таким, как прежде.

Сами виновники торжества — группа Sugarhill Gang — внезапно обнаружили себя звездами — и непроизвольно сформировали один из фундаментальных рэперских принципов «из грязи в князи».

Даже когда теперь Drake читает «started from the bottom / now we’re here», он имеет в виду традицию — классическую историю эволюции хип-хоп-артиста, который успел пережить полосу неудач и период безденежья, но оставался верен своему творчеству — и эта вера провела его в высшую лигу.

Именно эта история и произошла с Sugarhill Gang. Один из участников коллектива до релиза Rapper’s Delight выпекал пиццы, другой торговал розами и спал на скамейках нью-йоркских парков, а третий и вовсе тянул школьную лямку.

Грубо говоря, еще неделю назад им приходилось ночевать в приятельских машинах, а теперь они вкусили красоту шикарной жизни и перелетов на частных самолетах.

И за сорок с лишним лет этот сюжет кардинально не меняется. Культура автобиографических исповедей — это смысловое ядро рэпа, которое было во время появления LL Cool J и остается в эпоху Канье Уэста. В своих первых записях рэпер рассказывает о пройденном им пути — этот путь всегда уникален, но принцип следования, развития  не меняется. 

Как в хип-хоп проникли большие деньги и коммерция?

С пустя всего лишь пять лет, уже в 1984-м, медиа начали составлять хип-хопу некрологи, считая его временным капризом музыкальной моды. В этот год история хип-хопа мутировала в попсовый голливудский вариант с песнями и танцами.

Как это часто случается, летальные последствия этого упрощения были уравновешены взрывом андеграундной альтернативы. Run-D.M.C., Beastie Boys и Def Jam Recordings были реакцией против популяризации хип-хопа, происходившей в то время.

По иронии, эта сознательная бескомпромиссная позиция продвинула рэп на более высокий уровень доходности и популярности у широкой публики.

Последовали стадионные концерты, спонсорство, ротации на MTV и мультимиллионные контракты со студиями звукозаписи, а Рассел Симмонс — основатель Def Jam — стал первым магнатом рэп-индустрии.

В 1986 году состоялось знаменитое подписание контракта на миллион долларов между Run-D.M.C. и компанией adidas, которому предшествовал выпуск сингла My Adidas, где рэперы восхваляли любимую модель кроссовок — легендарные «суперстары».

Это первая в истории коллаборация популярного бренда и музыкальной группы.

Впоследствии рэперы возьмут и прием на вооружение, сделав доброй традицией выпуск именных кроссовок, линии одежды или же подписание контракта с какой-нибудь маркой алкоголя люксового сегмента.

Как появился гангста-рэп, и что происходило с хип-хопом в девяностые?

В осьмидесятые провели хип-хоп в мейнстрим, но к 1990 году его будущее вновь оказалось под вопросом. Новая волна коммерциализации порождала очередные разговоры о смерти рэпа. Жанр нуждался в новых и дерзких реформаторах.

Концептуальная сложность и плотность правдорубов из «народной» группы Public Enemy уступили место лос-анджелесскому гангста-рэпу — направлению, в котором поощрялся гораздо простой подход к хип-хопу, изображение совсем других «уличных историй». Живучие и свежие мифы «игроков» и гангстеров лихо переплетались с правдой.

Звукозаписывающие лейблы почувствовали спрос на «плохих парней с улиц», которые занимаются мутными делами и готовы поведать о другой стороне «белой» публике — людям, никогда в жизни не державшим пистолет и избегающим плохо освещенных переулков. А новоявленные рэперы-гангстеры вошли во вкус своих публичных образов, пробившись в пантеон знаменитостей.

Попсовый хип-хоп прорвался к основной аудитории MTV и коммерческим спонсорам, возглавляемый рэперами MC Hammer и Vanilla Ice. Hammer и Vanilla Ice, казалось, настроились доминировать в рэпе в обозримом будущем, однако траектории их карьер пошли вниз с той же скоростью, с какой подняли их на вершину.

Согласно Ронину Ро и его книге Have Gun Will Travel: The Spectacular Rise and Violent Fall of Death Row Records, амбиции Vanilla Ice в хип-хоп-бизнесе были сведены на нет грозным владельцем Death Row Records Мэрионом Шугом Найтом.

Сделав несколько фальшивых заявлений о том, что он является гангстером, и присвоив себе права на композиции, на самом деле созданные его диджеем, Vanilla Ice вскоре вынужден был ответить за свои слова перед Найтом.

По слухам, Найт поймал рэпера и подвесил его за ноги на высоте пятнадцатого этажа — и это еще самая безобидная легенда об человеке, который открыл миру Тупака Шакура и, как гласит одна из конспирологических теорий, развязал печально известную войну двух побережий, приведшую к смерти Пака и его оппонента Notorious B.I.G.

https://www..com/watch?v=Vi6TnG2SpvM

К 1998 году хип-хоп потеснил кантри, став самым продаваемым американским форматом. Практически каждый рэп-альбом сопровождался стикером «Внимание родителям! Ненормативная лексика» (Parental Advisory! Explicit Content). Хип-хоп стал бунтарским жестом, альтернативой засохшему рок-н-роллу благодаря его наглости, убийственным басам и непристойной тематике. 

Что произошло с рэпом в XXI веке?

В  двухтысячных хип-хоп начал переживать новые метаморфозы. Образ гангста-рэпера с огнестрелом, шрамами от пуль на теле и вечным запасом резких панчей в адрес потенциальных противников потускнел и начал терять актуальность.

В это же время золотая эпоха R’n’B (ритм-энд-блюза) тоже подошла к концу: певица Aaliyah погибла в автокатастрофе на самом пике славы в возрасте 22 лет, мегауспешный проект Destiny’s Child начал трещать по швам.

В результате два резко нуждавшихся в обновлении и близких по духу музыкальных жанра слились в симбиозе.

В 2004 году первые 12 позиций чарта Billboard Top 100 занимали афроамериканские артисты, а бо́льшая часть их хитов стилистически принадлежала к коммерческому кроссоверу между хип-хопом и R’n’B. В том же году президентом лейбла Def Jam стал Jay-Z.

В 2004-м также выходит первый альбом Канье Уэста — The College Dropout, который до этого подрабатывал гострайтером для Jay-Z и других гораздо более именитых коллег по цеху. В каком-то смысле история дальнейших метаморфоз Уэста синонимична эволюции хип-хопа в новом тысячелетии.

Канье, сочиняя биты для Джея, густо начиненные соул-сэмплами, отыскал свой стиль и взял курс на индивидуализм. В рэп-сообществе, которое мы знали до этого, сначала снисходительно приняли паренька в розовом поло Ralph Lauren и с рюкзаком Louis Vuitton. Никто особенно не верил в его успех, даже сам Jay-Z.

Раннее творчество Уэста издевательски называли backpack-rap, намекая на то, что городской щегол в модных шмотках вряд ли сможет перевернуть игру. Однако судьба распорядилась иначе.

В первую же неделю после релиза The College Dropout взобрался на вторую строку альбомного чарта Billboard и разошелся тиражом в более чем 440 тысяч копий.

Пришествие Канье Уэста изменило распределение сил внутри хип-хопа и дало толчок всем тем, кто мечтал о рэп-игре, но изначально не вписывался в канон. После 2005 года этой культурой стали править индивидуальности, в самом жанре перестали соблюдаться какие-то изначальные условности.

Прежнее презрение к массовой культуре, огромные альбомы на два десятка треков общей длительностью более 60 минут, обязательное количество репрезентов — все эти традиционные детали «уличного рэпа» мигом устарели, а новое поколение рэперов выбрало индивидуальность вместо преемственности и следования традициям.

Канье Уэст начал миксовать Daft Punk и King Crimson и в 2010 году представил My Beautiful Dark Twisted Fantasy — концептуальный альбом, окончательно уничтоживший оставшиеся границы хип-хопа и превративший рэп-культуру в массово-затейный жанр.

Кендрик Ламар, который в возрасте 5 лет лицезрел убийство мелкого барыги возле своего дома, превратил истории своей мятежной юности в настоящие литературные скетчи.

Дошло до того, что в одной из школ Нью-Джерси местный учитель литературы разбирал вместе с классом тексты из его альбома To Pimp a Butterfly.

Текстоцентричность современного рэпа совпала с бешеной популярностью сайта Rap Genius, прославившегося своей базой аннотаций, сносок и трактовок текстов песен хип-хоп-исполнителей.

Фрэнк Оушен запустил в массы вирус «нового альтернативного R’n’B» вместе с The Weeknd и другими мужскими голосами, вдруг запевшими о сложности внутреннего мира современного молодого человека.

Этот тренд на «новую чувственность» подтолкнул рэперов говорить не только о тачках и длинноногих моделях, но и о своей неразделенной любви, раннем экзистенциальном кризисе, проблемах детей богатых родителей, наркотиках, оставляющих в душе черную пустоту, — иными словами, покрыть до этого слабо исследованный в хип-хопе эмоциональный спектр.

Конечно же, хватало и «новых традиционалистов» вроде Joe Badass, которые переоткрывали для себя (и других) классический хип-хоп-нарратив из девяностых.

Zebra Katz (о котором мы подробнее писали здесь) фактически в одиночку придумал жанровую нишу под названием queer hip-hop, хотя в интервью  признается, что против этого термина.

В 2017 году окончательно закрепилась в мейнстриме аномалия под названием «эмо-рэп», популярность которой совпала с трагической гибелью в конце 2017 года флагмана поджанра — 21-летнего Lil Peep.

https://youtu.be/CTUyABibswM

Сегодня хип-хоп живее всех других жанров и способен мутировать, принимая фактически любую форму. Поэтому неудивительно, что в 2017 году эта музыка заняла свое законное место самого популярного направления.

Можно предвидеть, что в дальнейшем рэп продолжит дробиться на уникальные ниши, возникающие поначалу за счет стараний одного-двух ярких артистов, — и таким образом продолжит свое существование в качестве самой актуальной культуры.

В следующем материале мы расскажем о главных лицах американской хип-хоп сцены.

Обложка и иллюстрации: Евгений Шилов для DTF Magazine 

Подписывайтесь на DTF Magazine в , и Telegram
Также подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку 

Источник: https://donttakefake.com/pravit-mirom-kak-hip-hop-stal-samoj-populyarnoj-muzykoj-nashego-vremeni/

10 убийц рэпа: кто и как уничтожал классический хип-хоп

Рэп – это кэш. Но зарабатывают на рэпе пока только те, чья популярность выходит за рамки замкнутой хип-хоп-индустрии

Недавно мы вспоминали каким «ламповым» был хип-хоп в 2008 году, а уже сегодня займём обратную сторону и покажем, как практически те же самые исполнители кардинально изменили его каноны

Он начал продавать наркотики ещё в детстве, отсидел в тюрьме в юности, получил девять пулевых ранений и даже став иконой гангста-рэпа, не переставал носить бронежилет. 

Автор нескольких классических «уличных» альбомов и микстейпов, а также вечного гимна всех пушеров и хаслеров «Many Men». Песни о жизни и смерти, борьбе за власть и деньги, выживании на улицах и мести, преступлении и наказании.

Казалось бы, довольно странно открывать наш список с образца «трушности» и некогда самого популярного рэпера планеты. Но в его репертуаре значится «Wanskta», «P.I.M.P», «Candy Shop», «Just A Lil Bit», ставшие в своё время самыми громкими урбан-хитами на радио и телевидении. По большому счёту массовый зритель и слушатель делал свои выводы о тогдашнем рэпе, наблюдая за творчеством 50 Cent. 

Надо отдать ему должное. На протяжении нескольких лет своей феноменально успешной карьеры ему удавалось находить баланс между улицами и ТВ-ротациями. Фанаты закрывали глаза на синглы, зная, что в сердце каждого диска Полтинника будет «мясо» и «жесть», за которую ему всё прощали. 

Но этот своеобразный социальный договор полетел к чертям после выхода «Ayo Technology» – последнего хита в его карьере.  После таких песен невозможно вернуться к амплуа гангста.

Прежняя убедительность и street credibility больше не сработают. Единственный путь, который остаётся – это продолжать развиваться в направлении нового звучания.

Но хитов уровня «Ayo Technology» у Фифти больше не получалось, а любые попытки вновь «затереть» про уличное «тру» никого не цепляли. 

Оказавшись в западне, он уже не смог из неё выбраться. Вслед за собой Кёртис, падая, потащил и весь остальной гангста-рэп на дно.

Всем стало очевидно, что жёсткая уличная музыка больше не способна овладеть умами прогрессивных слушателей. Раз уж у самого 50 Cent не получается побороть парня в костюме медведя, то остальным уличным котам не стоит и пытаться.

После этого представители рэп-мэйнстрима отправились искать новые грани в некогда привычном и понятном хип-хопе.

Хаотичный Snoop Dogg 

Когда-то Snoop был одним из «2 of America’s Most Wanted» на пару с Тупаком.

Вплоть до своего восьмого студийного альбома «Tha Blue Carpet Treatment» он держал марку непоколебимого гангста-рэпера и амбассадора криминальной романтики.

Даже его весьма смелые эксперименты со звуком, равно как и множество совместных работ со звёздами поп-сцены, не влияли на образ, выстроенный на заслугах прошлого. 

Но уже через два года после одного из самых жёстких и «бандитских» релизов в своей карьере Snoop позволил себе сделать смелый шаг на пути творческих изысканий.

Клип «Sensual Seduction» – результат усталости от однообразного реноме, которое он эксплуатировал все эти годы.

Артист явно не желал остаться в истории музыки и хип-хопа в частности в качестве проповедника улиц. Он хотел быть большой поп-звездой.

Snoop дал понять, что если хочешь вырасти из штанов шустрилы и добиться выдающихся результатов, придётся выходить далеко за рамки рэпа про район, street life, стычки между бандами и борьбу с правоохранителями. Нужно рвать шаблоны и давать слушателю то, чего он не ожидает. Дальнейшие коллаборации с иностранными артистами, целые альбомы с прямой бочкой и даже уход в рэгги – ярчайшие тому подтверждения.

Экспериментальный Kanye West 

В хип-хопе всегда есть люди за занавесом. Они не снимаются в клипах, не слышат аплодисменты фанатов на концертах и редко становятся медийными личностями. Битмейкеры – мастера, создающие основу для чужих хитов. Конечно, есть исключения в виде большого числа продюсеров, чей талант вывел их из тени. Но в случае с Kanye West он явно не собирался томиться в ожидании своего признания. 

Самостоятельно спродюсировав дебютный «The College Dropout», он показал, насколько рэп в его исполнении может отличаться от того, что делали его коллеги по цеху.

Но полностью удовлетворить своё эго он смог только когда назрел вопрос о дальнейшем направлении развития жанра.

Сразив 50 Cent в 2007 году, Канье внёс ясность – хип-хоп больше никогда не будет местом, где всем заправляют парни с улицы. 

Вместе с короной короля хип-хопа, доставшейся ему после победы над гангста-рэпом, Канье получил полный карт-бланш на любого рода эксперименты с музыкой. Каждое новое произведение артиста стало мгновенно получать статус современного искусства по аналогии с «шедеврами» абстракционистов, продающих за миллионы долларов картины с примитивными орнаментами.  

Альтернативный Lil Wayne 

История ещё одного рэп-мессии началась на неспокойных улицах Нового Орлеана. Здесь делал свои первые шаги в хип-хопе участник группы «Hot Boys» Двэйн Картер по прозвищу Lil Wayne.

Творчество совсем юного артиста сводилось к повествованию о своих криминальных буднях.

Так продолжалось вплоть до обретения им широкой известности, платиновых альбомов и признании в качестве одного из лидеров рэп-сцены.

Всё изменилось после того, как Weezy достиг пика своей карьеры, выпустив «Carter III». Продажи диска исчислялись миллионами, награды сыпались одна за другой, а каждый уважающий себя хип-хоп артист не записывал релиз без его куплета. Что ещё можно взять от рэпа, который и так дал тебе всё? 

Может быть, поэтому Вэйн совершил акт дауншифтинга, решив записать новый альбом в другом жанре. Рок или, точнее, альтернатива – это совсем не то поле, на котором себя может проявить даже «best rapper alive».

Но, как и в случае с Канье, победителей не судят.

Если ты смог доказать, что умеешь делать хип-хоп получше многих на этой планете, то никто не посмеет отказать тебе в удовольствии раскрыть свои таланты на любом возможном поприще. 

Но несмотря на все усилия, «Rebirth» так и не принёс Вэйну перерождения. Однако «грешок» Weezy перед рэпом не столько в том, что он попытался «свалить» в рок, а в тех трендах, которые он привнёс вместе со своей популярностью. Его успех показал, что визжать, хрипеть, кряхтеть и вообще делать со своим голосом что угодно – значит хорошо запомниться аудитории. 

Во-вторых, он убил моду на широченные джинсы-трубы. Штанишки skinny, в особых случаях переходящие в леопардовые лосины, стали куда более востребованными в хип-хопе.

Электронные Black Eyed Peas 

Основателей квартета из Лос-Анджелеса можно назвать ветеранами хип-хопа. Will.I.Am и APL начали свой творческий путь ещё в конце восьмидесятых, а сам Уилл и вовсе был подписан на лейбл Eazy-E «Ruthless».

Пополнившись Taboo в 1998 году и Fergie в начале нулевых, группа окончательно сформировалась в привычных нам «Black Eyed Peas».

На их первом полносоставном альбоме «Elephunk» кроме радио-синглов, было много классического хип-хопа.

Но уже в 2009 году концом следования традициям стал альбом с говорящим названием «The E.N.D.». Нас перенесли в будущее, где уже вовсю царила электронная музыка.

Фанаты олд-скула робко надеялись, что весь этот «Boom Boom Pow» – лишь единичный эксперимент. Однако последующие альбомы группы не оставили этим надеждам шанса.

Так коллектив, который был одним из флагманов пусть и заточенного под чарты, но всё же хип-хопа, оставил его в прошлом.

Автотюновый T-Pain 

Если у предыдущих артистов из списка были времена, когда их можно было назвать «тру», то T-Pain начал свою карьеру сразу с «фичи».

Автотюн с подачи самого артиста стал самым популярным ым инструментом и радикально поменял звучание хип-хопа.

Такое явное отличие позволило T-Pain стать желанным гостем на каждом альбоме, претендовавшем на коммерческий успех. Одним из его первых хитов стал совместный с Flo Rida «Low».

На рубеже нулевых хип-хоп вновь оказался на очередной развилке.

Пришла пора определяться, кто будет править в чартах – те, кто сможет обуздать прямую бочку или те, кто возьмёт на вооружение новоявленный трэп.

Как мы уже сейчас знаем, победили вторые, а всех приверженцев «попсы» перестали отождествлять с рэпом. Именно поэтому некогда суперуспешный хип-хоп дивергент Flo Rida сошёл с дистанции.

Фэйковый Rick Ross 

В 2006 году с подачи Jay-Z и Diddy на рэп-сцене появился Rick Ross, чей ник практически полностью повторял имя и фамилию знаменитого наркобарона из Флориды. Лейблы принялись стряпать новому артисту соответствующий имидж. 

В своих текстах и клипах Ross стал преподносить себя как хозяина улиц и всего накротраффика солнечного Майями. Однако очень скоро у него возникло несколько небольших проблем. 

Во-первых, реальный Ricky Ross возмутился тем, что его доброе имя используют в коммерческих целях и решил отсудить у самозванца немного деньжат.

Во-вторых, в прессу просочилась информация, говорящая о том, что в прошлом прославленный рэпер работал тюремным охранником.

Ну и в-третьих, шли разговоры, что Ross изо всех сил пытается изобразить состоятельного воротилу наркобизнеса, арендуя дома, машины и цацки.

Если раньше хип-хоп был цитаделью «трушности» и на дух не переносил любого рода фэйк, то признание Rick Ross своим в рэпе показало, что правила уже не столь суровы.

Возможно, из-за желания нарастить уличный авторитет артист стал популяризатором трэпа в 2010 году.

Если его первые три альбома изобиловали величавыми и размашистыми минусами, то «Teflon Don» и «God Forgives, I Don’t» закрепили за ним статус лидера новой аранжировки.

Бесноватый Waka Flocka Flame 

Одновременно с Риком трэп взял в оборот тогда ещё совсем зелёный Waka Flocka Flame, которого в открытую «хейтили» заслуженные мэтры хип-хоп сцены.

Но записав «Hard In The Paint», он смог подобрать ключ к плеерам любителей рэпа.

После лавинообразной популярности этой песни, а также трэп-успехов Rick Ross, музычка с потрескиванием и мелодией из трёх нот стала стремительно доминировать в хип-хопе. 

Waka принёс в хип-хоп первобытность. Он сделал самым востребованным то, что досталось нам от наших предков, а именно примат рептильного мозга. Рэпер ввёл в моду тот самый транс, в который вгоняли своих сородичей древние африканские шаманы. 

Состояние, в которое посредством монотонного ритма и мычания можно погрузить любого человека, превращая его, в каком–то смысле, в животное. Благодаря усилия Waka Flocka Flame у современных рэперов отпала надобность в какой бы то ни было работе над текстом.

Зачем корпеть над словом, образами, метафорами, сложными речевыми конструкциями и оборотами, если можно добиться известности и популярности, просто делая бездумный «кач»? Хип-хоп лишился самого главного из своих особенностей – лирики. Теперь она стала не нужна.

Бездарный Gucci Mane*

Верным соратником Ваки в деле примитивизации и уничтожении смысловой нагрузки в рэпе стал многострадальный сиделец Gucci Mane, с которым они быстро сколотили группу с помпезным названием «Ferrari Boys».

К этому моменту Guwop уже несколько лет к ряду чередовал штурм музыкального Олимпа с отсидками за разной степени тяжести преступления.

В виду банального отсутствия таланта стать значимой фигурой в хип-хопе у Гуччи всё никак не получалось.

Ещё одним собратом Гуччи стал Birdman, уже успевший выстроить империю YMCMB. Человек-птица даже на пике своей формы не выдавал особо сильных куплетов, а уж когда дорвался до больших денег, то и вовсе прекратил париться над рифмами. Гуччи шёл по той же дорожке, добавив к этому чудовищные объёмы выпуска нового материала и доказав, что стать рэп-звездой может даже абсолютная бездарность.

Вязкий Juicy J 

«Who run it!? We run it!». Нет, это не строчки из припева 50 Cent в «You Don’t Know». Это бескомпромиссный манифест всей хип-хоп индустрии конца девяностых и начала нулевых от Three-6-Mafia.

Десяток лет коллектив делал добротную «южатину» на радость слушателей. За это самому яркому участнику группы Juicy J можно выразить только почёт и уважение.

Но как только «Мафия» распалась, он стал искать себе новое место в современном хип-хопе.

Подобно тому, как «Hard In The Paint» Waka Flocka Flame и «B.M.

F» Rick Ross стали трафаретами для всего последующего трэпа, «Bandz A Make Her Dance» Juicy J явилась образцом более мягкого, а точнее «клубного» направления новой музыки.

 Став тренд-сеттером, Джуси принялся задавать пульс всего трэпа. Столь почётная и наверняка неожиданная роль ветерана южной сцены не позволила ему вернуться к производству классического хип-хопа.

P.S. Да, хип-хоп должен быть разным. Да, он должен быть многогранным. И да, он должен развиваться. Но у каждого добавления новых оттенков в большую картину хип-хопа есть своя цена. 

И если рэп будет постоянно выходить за свои рамки, то все усилия жанровых артистов сведутся ровно к одной задаче – быть как можно более вычурным.

В погоне за уникальностью, хайпом и просмотрами хип-хоп может потерять свою главную функцию – быть саундтрэком к повседневной жизни.

Когда он будет служить своим поклонникам только для того, чтобы эпатировать, то не останется исполнителей, которым захочется сопереживать, под чьи песни хочется любить, дружить, преодолевать невзгоды и добиваться своих целей. Так что у хип-хопа ещё есть надежда.

*Данная статья является авторским блогом. Редакция может иметь мнение, отличное от мнения автора.

Источник: http://www.rap.ru/reading/20438

Когда закончится мода на рэп: Отвечают музыкальные критики и эксперты

Рэп – это кэш. Но зарабатывают на рэпе пока только те, чья популярность выходит за рамки замкнутой хип-хоп-индустрии

Когда закончится мода на рэп

Когда мне было семь лет, я уже знала, кто такой Тупак Шакур, к восьми могла назвать по несколько имён рэперов с Восточного и Западного побережья, а в 11 лет наизусть знала слова песни «Gangsta’s Paradise» Кулио.

Я плохо помню жизнь без хип-хопа, и это не значит, что я дико продвинутый слушатель или преданный ценитель жанра.

Хип-хоп уже давно вошёл в мейнстрим, с середины 1980-х экспансия жанра не останавливалась ни на секунду, но в последние пару лет приняла действительно впечатляющие масштабы.

Ещё десять лет назад сцена и сердца юных меломанов принадлежали поп-иконам, и конкуренция за звание самого продаваемого артиста года проходила в рамках одного жанра: Бритни Спирс соперничала с Кристиной Агилерой, Рики Мартин — с Крисом Мартином.

У Тейлор Свифт соперники совсем другие — за просмотры ей приходится бороться с Игги Азалией и Ники Минаж, а Канье Уэсту и вовсе нет равных.

Надо сказать, что и сама Тейлор, несмотря на статус поп-принцессы, строит свои хиты на заигрываниях с хип-хопом в том или ином виде.

Откройте любое влиятельное музыкальное издание — главную страницу The Fader занимает Tyler, The Creator, лучший трек недели по версии Pitchfork — «Ice Princess» Азилии Бэнкс, а Noisey публикует документальный фильм о 13-летнем рэп-вундеркинде. В общем, хип-хоп определенно правит миром музыки. Время от времени мы задаемся вопросом: когда закончится помешательство на рэпе? За ответом мы обратились к профессионалам.

Олег Соболев

музыкальный критик 

Мода на экспроприирование хип-хопом поп-музыки закончится ровно тогда, когда сам хип-хоп перестанет быть популярен. То есть, учитывая врождённую способность хип-хопа мутировать с течением времени, никогда. Это же давняя история — белых людей чёрная музыка всегда привлекала.

Достаточно вспомнить группу The Rolling Stones, в начале своей карьеры игравшей каверы на чёрный R&B, или, если пойти ещё дальше — The Original Dixieland Jazz Band, первую записанную джазовую группу на свете, сплошь составленную из белых людей.

R&B и джаз из моды в итоге ушли, но хип-хоп куда более живучий — и пока он живет, он будет в контексте поп-музыки очень востребован.

Что же касается вещей более общих, внемузыкальных, мне кажется, это сильно внутриамериканские дела. Там сейчас чёрный президент, куча заметных чёрных знаменитостей, огромный рост популярности местного спорта, в котором правила диктуют тоже чёрные спортсмены.

Невероятный рост политического активизма и гражданской активности со стороны чёрных — вспомните сюжет с городом Фергюсоном. Короче, сейчас именно чёрные люди во всех отношениях правят Америкой.

Поэтому и культура стремится к чёрным вещам — к тому же спорту, например (вон даже Тейлор Свифт фотографируется с «Нью-Йорк Никс»).

В той же Англии, например, немного не так: если брать музыку, то самые главные их поп-звезды — Адель или Сэм Смит — тоже живут музыкой чёрной, но годов так 1960-х, и от нынешнего состояния американской поп-кульутры бесконечно далеки.

Андрей Бухарин

музыкальный обозреватель 

Мне кажется, что это некорректная постановка вопроса. Хип-хоп в мейнстрим ввёл ещё Малкольм Макларен в 1982 году своим первым сольным альбомом. Мода на него началась к концу десятилетия, тогда же появились первые белые рэперы (Beastie Boys и такой смешной персонаж, как Ванилла Айс).

В 1990-е наступил расцвет рэпа, он оккупировал MTV и уже тогда стал мейнстримом, а его элементы стали вовсю использоваться в поп-музыке и новой танцевальной музыке. Даже в России появились хип-хоперы («Мальчишник», Bad Balance, Мистер Малой, Богдан Титомир).

То, что происходит на нынешнем этапе, не называется модой, это просто повсеместное распространение — рэп читают в Капотне и трущобах Мадраса, в Кейптауне и Бухаресте — на всех языках мира. Хип-хоп — это народная городская музыка мира, самая простая в изготовлении и не требующая каких-то особых талантов.

У нас хип-хоп тоже проникает везде и бубунит в каждой тачке, заменяя пацанам на районе старый шансон, который остался старшему поколению. Когда это кончится? Нравится нам это или нет (мне вот совершенно не нравится, хотя я употреблял рэп в его героический период), но кончится это явно не скоро.

Во всяком случае, пока не будет придумано что-то столь же простое, эффективное для самовыражения простого парня, у которого нет никаких других шансов в этом лучшем из миров.

Андрей Горохов

автор радиопередач и книг «Музпросвет» 

Вопрос «когда закончится повсеместная мода на хип-хоп?» поставил меня в ступор, как и полагается всякому наводящему вопросу.

Отвечая на него, хочется начать оправдываться, что, простите, я катастрофически отстал от моды и жизни и в упор не вижу моды на хип-хоп, тем более повсеместной, вокруг меня (в Берлине, Киеве, Днепропетровске — в городах, где я находился в последние три месяца) никакой моды на хип-хоп не было.

Можно посетовать на глупый вопрос, но я выскажусь как культурологичненький ботан. Через 100 лет хип-хоп, скорее всего, уже будет существовать в каком-то ином виде, но даже и в этом я сомневаюсь. Вполне возможно, что волна хип-хопа будет перемещаться между гетто в странах третьего мира, как вечное эхо отражаясь от стен.

Хип-хоп — глобальный феномен, и он не исчезает, даже если ваш микрорайон от него вылечился. Когда исчезнет мода на голубые джинсы? А на футбол? А на блэк-метал и панк-рок? А на прочувствованные песни под гитару? А на трэш? А на порно?

На моей памяти, то есть за последние 15 лет, только в Германии было несколько непохожих друг на друга волн хип-хопа: аггро-хоп, то есть агрессивный мачо-рэп с криминальными вывертами, — это нечто иное, чем инди-хип-хоп, а хип-хоп под биты — совсем другое, чем хип-хоп под акустическую гитару или минимал-электронику. И я не удивлюсь, если в Штутгарте или Гамбурге пара десятков человек до сих пор носят приспущенные огромные порты и слушают самодельные микстейпы. И оттуда снова может пойти волна «нового» саунда. Это же вирусы, а вирусы не волнами распространяются.

Александр Кондуков

главный редактор Rolling Stone Russia

Фактически тренда на хип-хоп не существует, существует тренд на зарабатывание денег. Хип-хоп — это иллюстрация всех коммерческих начинаний, к которым может прийти музыкальный артист. Звёзды хип-хопа всегда стремились к деньгам, они рекламируют всё — начиная от супермаркетов и заканчивая кроссовками.

Поэтому в современном бизнесе, когда ничего особенно не продаётся, все сознательно тянутся к деньгам. Примерно такая же история произошла тогда, когда коммерческий хип-хоп только появился как тренд. Мне кажется, что сейчас что-то новое происходит в альтернативном хип-хопе.

Как никогда много коллабораций между артистами, все друг друга очень плотно поддерживают, записываются на альбомах друг друга. Такой сплочённости в 1990-е не было.

Поэтому все инстинктивно приближаются к хип-хоп-табору, чтобы держаться вместе на фоне чудовищных музыкальных процессов, которые приводят к тому, что музыканты зарабатывают исключительно корпоративными выступлениями и гастрольными турами, но никак не продажами музыкальных носителей.

Сейчас не существует каноничных хип-хоп-звёзд, которых можно боготворить и ставить без обиняков на обложку. Попробуйте сравнить Тупака Шакура с Дрейком — это совершенно разного порядка люди. Не думаю, что Кендрик Ламар прославился бы в 1995 году. На фоне тогдашнего LL Cool J он бы выглядел как карлик.

Сейчас на сцене нет доминирующих, супермощных персон, поэтому все лавры получают те, кто обладают минимальной харизмой. О чём тут говорить, если главной рок-группой мира остаётся U2? Никакого прогресса особенно не наблюдается.

Если вы будете перебирать в голове иконические рок-коллективы, то будет опять уклон в Radiohead и The Rolling Stones. Поэтому угловатые рэперы выглядят на этом фоне поярче, и те люди, которые хотят как-то зарабатывать, идут на коллаборации и работают вместе с ними.

Хотя я уверен, что никто не обладает никаким абсолютным знанием того, куда может привести коммерческая музыка. Именно поэтому осуществляются эти сумасшедшие сделки в связи с покупкой альбома U2 и Beats компанией Apple.

В общекризисном моменте каждый старается быть первым в каком-нибудь сегменте, потому что никто не знает, что выстрелит на самом деле. Выстрелить может всё что угодно, надеюсь, это не будет русский рок или новый альбом Бориса Гребенщикова и трибьют Башлачёва.

Источник: http://www.furfur.me/furfur/heros/heroes-furfur/178165-rap-as-a-trend

«Рэп — это новый панк». Почему русский рэп стал таким популярным

Рэп – это кэш. Но зарабатывают на рэпе пока только те, чья популярность выходит за рамки замкнутой хип-хоп-индустрии

Пока одни пользователи сети спорят о результатах баттла Мирона и Гнойного, другие пытаются понять, почему новости об этом событии стали обсуждаемыми даже на федеральных каналах, — десять лет назад сложно было представить, что «Вести» и НТВ будут рассказывать о состязании рифм андеграундных исполнителей. Medialeaks побеседовал с музыкантами и дистрибьюторами музыки о том, чем же стал рэп для современного россиянина — очередным хайпом, голосом поколения или простым способом самовыражения — и почему он вообще в последнее время так популярен.

Большинство новостей, в которых упоминается русский рэп, связаны с очередным хайпом, но сам возникший в последние годы ажиотаж вокруг этой субкультуры уже нельзя называть быстротечным явлением.

С каждым годом рэп и хип-хоп в России становятся всё более обсуждаемыми и упоминаемыми музыкальными стилями.

И музыкальные исполнители разных жанров, продюсеры и критики не видят в этом ничего необычного — сегодняшняя популярность рэпа и хип-хопа легко объясняется простыми причинами.

Рэп как голос поколения

Для многих слушателей и некоторых исполнителей музыка — лишь элемент досуга. Другие авторы песен закладывают в тексты истории и размышления о личной жизни.

Третьи идут дальше и создают песни, которые помнят не за мелодии, а за смысл текста, заложенные в нём идеи и образы.

К примеру, многие помнят культовую песню «Гражданской Обороны» «Всё идёт по плану» или строчки про «вечную весну в одиночной камере» и победивший «пластмассовый мир», но вряд ли могут сказать что-то определённое о музыкальном ряде в этих песнях.

Читайте на Medialeaks: На крыше церкви застрял пёсик, и спасатели кинулись его вытаскивать. Вот только это оказался не собакен

Вращающиеся в культуре современного рэпа люди признают, что вчерашние «дворовые» исполнители могли стать популярными из-за того, что стали затрагивать в текстах общие социальные проблемы, сохранив при этом остроту текстов.

В некоторых случаях по смыслу текстов и обсуждению протестных идей в песнях русский рэп стал похож на панк-рок, критиковавший в своё время власть имущих.

По мнению одного из модераторов сети сообществ E:\music, распространяющих музыку различных стилей во «ВКонтакте», современный рэп можно называть новым видом панка.

Сложно не согласиться с тем, что рэп стал музыкой протеста. Я бы даже сказал — не знаю, насколько это оригинально, конечно, — что рэп — это новый панк. Это тот самый голос протеста, который очень нужен современному поколению.

И это всегда было так, «дворовой рэпчик» тоже был протестным, только вот протест слишком глупо выглядел. — Андрей, E:music

Но происходит это не всегда: как и любой другой жанр, хип-хоп может быть «попсовым».

Особенно если взять в пример самые раскрученные треки, восторг от которых пытаются выражать персоны уровня Ивана Урганта и звёзд российской эстрады.

Хип-хоп всегда был такой музыкой, в которой тексту уделялось гораздо больше времени как со стороны исполнителя, так и со стороны слушателя, но он никогда не был очевидной доминантой в композиции.

Так что процент тех, кто копается в тексте и пытается выкупить все скрытые ходы, примерно равен проценту тех, кому достаточно должного вайба и грува, чему яркий пример — недавняя популярность трека «Тает лёд».

— Андрей, E:music

В вопросе о важности текстов с Андреем соглашаются и сами андеграундные рэперы — вокалист групп «Он Юн» и «Щенки» Максим Тесли в разговоре с Medialeaks признал, что российские слушатели ценят рэп за текстовую составляющую. Но, по его мнению, рэп, о котором говорят массы, вряд ли можно назвать протестным — настоящие идеи находятся гораздо глубже в андеграунде.

У нас всё строится на тексте, я думаю. Если бы рэпер Face, абсолютно прекрасный в своём слабоумии, под тот же бит читал бы не про тёлок и деньги, а про рыбалку, вряд ли у него были миллионные просмотры.

Но я что-то не наблюдал много социального, если честно, у тех, кто сейчас больше всех хайпит. Я не думаю, что сегодняшний рэп — музыка протеста. Скорее, музыка успеха и активной жизненной позиции.

А социальный рэп, он всё равно в подземке — там же думать надо, иметь определённый культурный багаж.

— Максим Тесли, «Он Юн», «Щенки»

Панк-рокеры также считают, что рэп в какой-то момент «эволюционировал» — по мнению вокалиста панк-рок-группы «Тени свободы» Ивана Глобина, современный рэп изменился вместе с обществом и это повлияло даже на отношения панков и рэперов, которых раньше часто считали субкультурными движениями, несовместимыми друг с другом.

Рэп немного эволюционировал, и эта перемена позволила ему стать ещё более массовым. Я очень стереотипно могу мыслить, но мне кажется, что он ушёл от этой бесконечной темы потрясания яйцами и всего этого «я вырос на улице, сделал себя сам, теперь у меня то, сё».

По крайней мере, в этом «новом» рэпе я такого не вижу, это не выставлено как витрина этого жанра. Рэп меняется с обществом. А панки дружат с ними, так как, возможно, учатся у них этому. А что, отличные в этом смысле времена — панк дружит с рэпером.

Не светлое ли будущее наступило? — Иван Глобин, «Тени свободы», Harmonbozia

Доступный способ самовыражения

Другой причиной возникшей в последнее время популярности рэпа некоторые считают его доступность для исполнителя — в современном мире технологий и соцсетей возможность набросать собственные биты и семплы есть у каждого пользователя ПК, и для этого ему может даже не требоваться дополнительное оборудование. Подобная доступность и простота в создании треков даёт им фору в актуальности: за время, которое музыканты «старой школы» тратят на запись и сведение одной песни в студии, одиночка-рэпер может выпустить сразу несколько треков, соответствующих новостной повестке.

Рэп имеет возможность быть очень актуальным. Сегодня случилось что-то, сочинил, накидал бит, записал, свёл простенько, всё, завтра все это слышат. В том же панк-роке всё сложнее. Сделать песню, отрепетировать её, записать её на студии, свести, — пройдёт несколько месяцев (как правило, так выходит).

Кому эта песня нужна будет? — Иван Глобин, «Тени свободы», Harmonbozia

В хип-хоп-тусовке с панк-рокером согласны — но только по поводу простоты создания треков, а не их распространения.

Если говорить о популяризации рэпа, можно сравнить его с фотографией, которая стала по-настоящему популярной лишь тогда, когда снимки могли делать и проявлять далёкие от фотоискусства люди. Подобное в своё время произошло и с панк-роком.

Он был прост в исполнении и привлёк множество исполнителей, для которых заложенная в тексты песен идея была важнее мастерства обращения с музыкальными инструментами. Но это в прошлом.

В принципе, так и есть. Но только времена, когда трек, записанный на микрофон-палочку под украденный минус, давно прошли. Сейчас вообще, по большому счёту, не воспринимается трек без клипа. То есть не так уж всё и доступно. Это такая видимость, которая ежедневно плодит сотни MC. — Максим Тесли, «Он Юн», Щенки

Современного слушателя не удивить текстами — ему нужно качество.

Я бы сказал, что уже сейчас всё с точностью до наоборот — даже молодёжь становится более прихотливой в качестве звука и текста, и треки с коленки, без посыла и проработки, 95 %, что не зайдут. — Андрей, E:music

Хайп, хайп, хайп. Рэперы, блогеры, хейтеры

Одним из наиболее упоминаемых событий в современном русском рэпе стали версус-баттлы.

Ролики с ними собирают десятки миллионов просмотров, а чтобы не наткнуться на новости о хайпе вокруг баттла между Оксимироном и Гнойным, нужно было буквально уезжать в глухой лес без средств связи (в том числе и телефона).

И это не самое популярное видео в серии: баттл Окси и Джоннибоя в 2015 году за сутки посмотрели более 7 миллионов человек, а всего ролик собрал более 38 миллионов просмотров.

Время от времени в версусах принимают участие и различные популярные блогеры, что некоторые могли бы расценить как попытку создателей баттлов привлечь стороннюю аудиторию. Однако в тусовке считают, что выигрывают от таких коллабораций только блогеры.

Я не особо шарю в блогерах, но то, что я вижу: они просто хотят захватить как можно больше всего. Рэп в моде? Идём на версус. Станут модными кулинарные шоу — будут готовить утку по-пекински. Так что, конечно, рэп двигает блогеров. Всё двигает блогеров.

— Максим Тесли, «Он Юн», «Щенки»

Обсуждаемости рэпу, как ни странно, придают и его хейтеры.

Некоторые пользователи соцсетей бурно реагируют на увиденные посты с упоминанием рэпа и хип-хопа, считая своим долгом в очередной раз написать, что они думают о музыке, которую не слушают.

Это искоренить у людей никогда не получится. Причём, люди плюются не только от русского рэпа, очевидного развития которого некоторые не хотят признавать, но и от зарубежного. Но, по моей практике, это в основном люди, зацикленные на каком-то одном музыкальном стиле, и это, зачастую, тяжёлая музыка.

— Андрей, E:music

Но в последнее время хейтеры сдают свои позиции. Исследователи из США подсчитали, сколько и какую музыку слушают в Штатах, и выяснили, что хип-хоп стал самым популярным музыкальным жанром в стране.

Его слушает четверть жителей Америки, в то время как рок, который ранее занимал первую строчку в списке, сейчас слушают около 23 % американцев, а поп-музыку предпочитают лишь 13,4 % слушателей.

Подобные тенденции заметны и в России, считают в тусовке, — пользователи сети стали с меньшим пренебрежением относиться к незнакомой для них музыке, связанной с рэпом.

Источник: https://medialeaks.ru/1508sts-txt-rep-eto-novyiy-pank-pochemu-russkiy-rep-stal-takim-populyarnyim/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.